?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

31 октября 2015 г. катастрофа А321 над Синайским полуостровом унесла жизни 224 россиян, включая малых детей. Основная версия трагедии - террористический акт. Спустя две недели в Париже в ночь с 13 на 14 ноября сразу в нескольких местах прогремели выстрелы и взрывы. Более 120 погибших на сегодня. В обоих случаях людей лишили жизни за их принадлежность к иной стране, вере и культуре. За то, что они разделяют ценности христианства, гуманизма и просвещения.
Как человек я чувствую боль, скорбь и негодование.

Как экономист, я задаюсь вопросом, какой будет Европа в предстоящие годы. Думаю, что мы присутствуем при окончании второй Belle Époque, или прекрасной эпохи, в истории Запада, к которому в широком смысле относится и Россия. Нынешняя прекрасная эпоха длилась почти тридцать лет - с советской перестройки второй половины 1980-х годов. Она включала окончание социализма и объединение Европы, расширение ЕС с 12 до 28 стран, возврат к существовавшему до Первой мировой войны безвизовому передвижению людей по просторам Европы и даже к подобию золотого стандарта в лице единой европейской валюты евро.

Бесперебойный рост рыночной экономики, казалось, оставил в прошлом выкладки Маркса о неравномерном развитии капитализма. Подъем благосостояния поражал. Средний класс привык менять автомобили каждые два-три года, ездить в дальние страны на новогодние каникулы и обедать в ресторанах. Производители одежды выпускали по нескольку коллекций в год, чтобы угодить взыскательным клиентам. Родительские подарки детям достигли невиданных в мировой истории сумм относительно бюджета семьи. Платное образование пустило корни даже в небогатых странах.

В эту прекрасную эпоху произошел технологический скачок, сравнимый с концом XIX - началом XX вв. Если тогда жизнь преобразили электричество и автомобиль, то теперь - Интернет и мобильные телефоны. Люди поголовно научились работать за компьютером, зато разучились чинить утюги и штопать носки. Им даже надоело завязывать шнурки и учить этому своих детей. Светлое будущее, о котором мечтали в окопах солдаты Первой и Второй мировой войны, наступило в конце XX века. Европа обрела продолжительный мир и благополучие.

Способствовало ли это "светлое будущее" раскрытию творческого потенциала личности, реализации способностей человека? Стал ли мир лучше и гуманнее?

В определенной степени, да. Огромный шаг вперед сделала медицина, хотя она не стала доступной для всех. Идеалы гуманизма медленно, но верно пропитывали все большие слои жизни. Закон запретил физическое наказание детей, а общество стало требовать от родителей уважительного отношения к детям - дома и в школе. В офисах и больницах стали терпимее относиться к старикам и инвалидам. Появились пандусы для колясочников и специальные сигналы светофоров для слабовидящих. Повсеместно подростков освободили от посильной работы, заботы о младших членах семьи и от другой работы по дому. В развитых странах выход детей в самостоятельную жизнь (на рынок труда) стал затягиваться до 25 лет.

Стала ли от этого экономика гуманнее? Приблизились ли люди к главной цели - прилежно трудиться, чтобы исполнить свое призвание, как писал Мартин Лютер и призывал вслед за ним "Моральный кодекс строителей коммунизма"?

Думаю, что лишь отчасти. Терпимость и помощь слабым сочеталась в последние два-три десятилетия с несколькими негативными трендами. Первый - деиндустриализация Европы и всего западного мира. Исчезли массовые рабочие специальности: токари, слесари, плотники, фрезеровщики, швеи-мотористки и т.п. А вместе с ней - рабочая элита. "Простой" человек превратился в мелкого чиновника (целиком зависящего от госбюджета и власти), в продавца или сасидмина. Отличие рабочего от клерка в том, что квалифицированный рабочий обязан логически мыслить и проверять свои представления на практике. Без правильного пространственного мышления нельзя выточить деталь или сшить наволочку. Не верите, попробуйте сшить кусок ткани так, чтобы все швы оказались внутри. С первого раза не получится. Вместе с деиндустриализацией произошла, на мой взгляд, интеллектуальная катастрофа - люди перестали мыслить рационально. Жизнь больше не заставляет ежеминутно сверять свои представления с реальностью. Чиновник, в отличие от столяра, всегда может списать свою ошибку на начальника, товарища и обстоятельства.

Вместе с деиндустриализацией расцвел релятивизм. Табуретки, где одна ножка короче трех других, больше не существует. Ее делают в Азии. А в Европе продавец будет убеждать клиента, что длина ножки зависит от стилистики модельного ряда, трендов нынешней осени, угла зрения и новаторского освещения. Релятивизм пустил корни в обществе настолько глубоко, что уже невозможно провести грань между правдой и ложью. Это очень плохо - для политиков, производителей и общества в целом. Ложь потеряла свои отталкивающие качества, она превратилась лишь в имеющее право на существование "особое мнение", выразитель которой надежно защищен броней всеобщей терпимости.

Длительное отсутствие войны и даже ее угрозы (благодаря окончанию "холодной войны") вкупе с ростом уровня жизни сделало людей безответственными, изнеженными и капризными. Вести себя как "безбилетник" (или фрирайдер, в английской терминологии) перестало быть стыдным. У миллионов людей создалось ложное представление, будто небольшая фальшь, кража или бездействие на рабочем месте никому не помешают. Они поверили, что система все выдерживает, Небо не падает на землю, если один-единственный человек сделает свою жизнь чуточку более комфортной. О размахе безответственности нам поведал финансовый кризис 2008 - 2010 гг. Но только поведал. Пока безответственное поведение на всех уровнях продолжается. Быть ответственным считается старомодным и просто глупым.

Еще одна тенденция второй Belle Époque - всеобщее потребительство. Нечто похожее происходило на рубеже XIX - XX веков. К чему тогда привели консоме из рябчиков, шикарные наряды и фейерверки, всем известно. Потребительский рай обернулся милитаризацией экономики и, в конечном итоге, кровавой бойней. В XXI веке потребительство охватило все слои общества, включая даже малоимущих. Не иметь брендовой одежды и модных гаджетов стало бесконечно стыдно. А для молодежи - вообще запретительно.  

В 2016 году Европа, а вместе с ней Россия и весь западный мир, как я думаю, вступают в новую полосу общественного и экономического развития. Брендовые сумочки уже стали превращаться в отнятые человеческие жизни. Релятивизм, безответственность и потребительство не уйдут со сцены сами собой. Люди не захотят расстаться с ними из стремления к некоему моральному идеалу. Впереди - очень трудное, вынужденное, требующее моральных и физических сил возвращение к гуманизму. Хочется надеяться, что оно потребует только экономических, а не человеческих жертв.

Думаю, экономика больше не будет такой, какой мы ее видели в 2000 и в 1015 году. Нам предстоит развернуть потребление в сторону реальных ценностей - культуры, экологии, здравоохранения. Экономика больше не сможет расти на статусном потреблении, то есть на примитивных эмоциях людей, разучившихся мыслить рационально. Этот поворот, возможно, заставит средний класс снова штопать носки и выпиливать полочки. Вероятно, придется забыть о новых коллекциях и радоваться тому, что единственные сапоги пока не прохудились.

Новая экономика станет более гуманной или милитаристской. Надеюсь на первое.

Comments

bettybarklay
30 дек, 2015 03:01 (UTC)
>>Бесперебойный рост рыночной экономики, казалось, оставил в прошлом выкладки Маркса о неравномерном развитии капитализма. >>
Бесперебойный рост уже является показателем расстройства системы, ибо несет в себе ее разрушение, самоуничтожение. Отрицательная обратная связь в рыночном механизме выявляется уже тогда, когда регулировать систему поздно и лавина все снесла на своем пути. Сдерживать лавину - это накапливать "токсичность" не купированного риска. Сколько бы экономисты ни обманывали себя, что рыночный риск можно погасить административно или просто игнорировать, но система его накапливает ВСЕГДА.

Человек как главный действующий фактор системы, перестал исполнять "свой долг", перестал "трудиться", он стал "объектом". Это наиглавнейший риск.

Гуманизм нынче следует отделать от наносов трансгуманизма. Медицина занимается если пока еще не генной, но уже модификацией человека, и человек в процессе этих манипуляций имеет все шансы превратиться в "транс-человека". "Идеалы гуманизма" сформированы были в условиях становления и развития человечества, состоящего из людей без этой приставки "транс". Как истина не может быть приблизительной, так и "транс-человек" не является человеком гуманизма и не является "сверхчеловеком". От "транс-человека" рукой подать до чего угодно, хоть и до Калибана, но очень далеко до человека.

Edited at 2015-12-30 06:02 (UTC)
olga_euro
31 дек, 2015 15:16 (UTC)
Спасибо Вам за подробный комментарий! Должна признаться, что запись появилась в черновом варианте: не дописав ее, я поместила ее в "отложенные" и забыла. Сегодня увидела, что запись появилась, и к ней уже есть комментарии. Это подтолкнуло к тому, чтобы сесть за компьютер и завершить текст. Что и сделала только что. Можно я напишу ответ по существу в Новом году? Боюсь не успеть к празднику.
olga_euro
7 янв, 2016 09:10 (UTC)
Согласна с Вами, что рыночный риск накапливается всегда. Без него нет рыночной экономики. Успешный рост капиталистической экономики в предшествовавшие 2008 году два десятилетия создал иллюзию, что джин находится под контролем. Увы, увы.

О Трансгуманизме не знаю, поэтому комментировать не стану. Прислушаюсь к Вашим рассуждениям.