November 10th, 2010

Сны о золотом стандарте

Сегодня Lenta.ru а вслед за ней еще несколько новостных агентств сообщили, что "глава Всемирного банка Роберт Зеллик выступил с предложением привязать валюты ведущих экономик мира к золоту". Ничего подобного профессиональный экономист не говорил и сказать не мог. Вот цитата из вчерашнего выступления Зеллика:   

"the G20 should complement this growth recovery programme with a plan to build a co-operative monetary system that reflects emerging economic conditions. This new system is likely to need to involve the dollar, the euro, the yen, the pound and a renminbi that moves towards internationalisation and then an open capital account. The system should also consider employing gold as an international reference point of market expectations about inflation, deflation and future currency values"

С началом мирового экономического кризиса разговоры о возвращении золотого стандарта стали особенно популярны. Это и понятно: курсовые колебания одинаково раздражают и богатых, и бедных. Как тут не вспомнить о старом добром Бреттон-вудсе или о золотом червонце времен НЭПа. Однако колесо истории назад не вертится, как бы этого ни хотелось. Назову несколько причин.
 
Первая - недостаток золота. Фиксированный курс валют к золоту означает, что их эмиссия также зависит от накопления дополнительных резервов желтого металла. Но его добывают всего две страны мира. При этом прирост денежной массы (М3) обычно равен сумме прироста ВВП и цен (например, в еврозоне ориентир роста М3 составляет 4,5% в год, а фактически она растет на 6 - 8% в год). Спрашивается: откуда взять столько золота для всего мира?      

Вторая - отмирание денежно-кредитного инструментария.  В эпоху свободного движения капиталов поддержание фиксированного курса означает отказ от проведения независимой денежно-кредитной политики. Потому что двигая ставку рефинансирования, центральный банк одновременно делает свою валюту более или менее привлекательной для нерезидентов, что неизбежно влияет на ее курс. Другими словами, возвращение к золотому стандарту означало бы, что все страны переходят к режиму валютной палаты (currency board) при котором ЦБ фактически не может проводить антициклическую политику.    

Третья - цена золота меняется. История золотого стандарта вовсе не так прекрасна, как нам кажется из 21-го века. Привязка к к золоту - не панацея от инфляции, дефицита госбюджета и дефолтов. При возврате к золотому стандарту открытие или исчерпание золотых месторождений оборачивалось бы глобальной экономической катастрофой. 

И последнее: можно убедить бухгалтеров всего мира, что счеты надежнее компьютеров. Но заставить их составлять баланс, щелкая костяшками, нельзя. Так же нельзя отменить все те финансовые инструменты, которые появились в мире за сорок лет, прошедшие с момента краха Бреттон-вудской системы в августе 1971 года.

Критика и обсуждение приветствуются.       

Несколько слов о русском языке

Ехала в метро, прочитала через плечо в глянцевом журнале: "Кошмар нарастал, как снежный ком. Я была готова к реальному суициду".

Помню, как в школе учительница русского языка подчеркивала волнистой линией стилистические ошибки. За каждую, между прочим, снималось полбалла. Неужели современные авторы и редакторы не знают, что нарастают проблемы, но не кошмар; что снежный ком растет (но не нарастает); что суицид не бывает реальным (иначе он не суицид); а в отношении себя говорят "самоубийство", но не "суицид"? И вообще "суицид" - термин, который, как и любой термин, непригоден для описания переживаний. Все таки "наша Таня громко плачет", а не "находится в состоянии стресса".

Ладно, все мы делаем ошибки. У меня, например, проблемы с орфографией. Но, честное слово, я не могу сопереживать героине, история которой описана так вычурно и нескладно. Между тем простые слова "мое положение становилось все кошмарнее, я по-настоящему планировала самоубийство" вызвали бы нормальное человеческое сочувствие. 

Пишу и думаю, почему так сильно меня задели эти две фразы? Потому что в них я увидела пренебрежение к родному языку и недоверие к читателям, вернее, презумпцию их безразличия. Мол, без хлесткой фразы рассказ никто не оценит. Я считаю иначе: родной язык надо любить и относиться к нему, как к ценности. Людям же надо доверять и видеть в них лучшее. Иначе, зачем к ним обращаться, тем более на нелюбимом языке?