Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Сесть за парту вместе с Партой Дасгупта

Профессор экономики Кембриджского университета Парта Дасгупта, английский экономист индийского происхождения издал небольшую книжицу об экономике. Начинается она с рассказа о двух девочках - Бекки и Десты. Бекки живет с родителями и братом в отдельном доме на Среднем Западе США, ее отец адвокат, а мать - домохозяйка. Деста - один из шести детей в семье, живущей в глиняной хижине в субтропиках Эфиопии. Ее родители крестьяне, они выращивают кукурузу, тефф и овощи.

Парта_Дасгупта_Web.jpgНачав с этих простых примеров, автор рассказывает о способах измерения богатства и бедности, показывает преимущества и недостатки ВВП как мерила благосостояния. Незаметно для читателя он переходит к сравнению институциональной среды, в которой живут воображаемые Бекки и Деста. Сравнивает демографическую ситуацию и производительность факторов производства в их мирах, по-дружески размышляя вместе с читателем о том, откуда взялись сегодняшние различия.

Уже вторая глава - о доверии как социальной и экономической категории заставляет всерьез посмотреть на написанное даже искушенного читателя. Из простых до примитивности фраз складывается глубокое понимание сути - так как ее может изложить серьезный ученый, не нуждающийся в понтах. Автор объясняет, какие концепции применяет современная экономическая наука для анализа тех или иных явлений, кто эти концепции придумал, и почему они работают (или в какой мере не работают). Дасгупта не "пичкает" читателей готовыми знаниями, что часто в безапелляционной манере делают авторы учебников. В его книге нет менторского тона, а есть спокойное рассуждение, о том, как устроена материальная сторона нашей жизни.

Для студентов и аспирантов книга ценна тем, что автор отлично владеет историей экономической мысли и экономической теорией. Причем и здесь Дасгупта избегает соблазна обрушить на читателя весь массив знаний, накопленный со времен Адама Смита. Его цель в другом - показать современный срез экономической науки и назвать те изобретения экономической мысли, которые работают до сих пор. Все, что потеряло актуальность, остается за рамками книги. Все, сохранившее актуальность, объясняется человеческим языком. Книжка позволяет сориентироваться в море имен и теорий, помогает понять, кого и про что из именитых ученых надо читать.

Приведу пример со с. 113 в собственном пересказе. Идеальный рынок ведет себя так же как,как и рынок, управляемый идеальным руководителем. Сторонники центрального планирования (Оскар Ланге и Абба Лернер) считали, что компетентный планирующий орган может помочь использовать все преимущества рынка, избегая негативных последствий (например, конкуренции), характерных для реальны рынков. Модель экономики, основанная на взглядах Ланге - Лермана, стала называться рыночным социализмом. Фридрих фон Хайек и другие сторонники свободного рынка доказывали, что компетентный регулятор при рыночном социализме должен знать все на свете - кривую спроса для каждого домохозяйства и кривую предложения для каждого поставщика. Свободный рынок требует для своей работы минимальное количество информации. А регулятор может установить порядки, устраняющие недостатки стихийного рынка. Просто и понятно - о взаимоотношениях государства и рынков.

Молодым исследователям книга поможет сформировать объемное представление об экономической науке. Она поможет сложить в общую картину имеющиеся куски знаний и заполнить остающиеся между ними провалы. Зрелым экономистам книга интересна отчетливо свежим взглядом на прописные истины. Размеренное, свободное от приманок и трюков повествование, дает ровное интеллектуальное наслаждение - как в беседе с честным, умным коллегой.

Парта Дасгупта "Экономика. Очень краткое введение". Пер. с английского В.Ш.Шейнкера под науч. ред. М.И.Левина. М.: Издательский дом "дело" РАНХиГС, 2016. 240 с. Partha Dasgupta. Economics. A Very Short Introduction. Oxford University Press, 2007.
Фото обложки - моих рук дело, к концу этой записи яблока не стало.

Догонит ли Восточная Европа Западную?

Пишу главу о влиянии интеграции на конвергенцию (сближении уровней жизни) для коллективной монографии Института Европы РАН. Заодно рисую графики. Делюсь с читателями блога своими наблюдениями.

Евростат, статистическое ведомство Евросоюза считает ВВП на душу населения только по ППС и только по отношению к средней цифре для всех 28 стран ЕС. Методика публикуется. Картина получается в меру благостная. Судя по графику, конвергенция медлено идет: слабые подтягиваются к сильным. Португалия даже беднее Польши и Чехии, их чуточку опережает Испания. Греция находится на одном уровне с Эстонией и Литвой. Замыкающая список Болгария (46% от среднего по ЕС) только вдвое беднее Испании (91%).

Иная панорама открывается при использовании данных ЮНКТАД в номинальном исчислении и постоянных ценах 2005 г. Здесь для сравнения я использовала усредненные данные по четырем главным экономикам - Германии, Франции, Великобритании и Италии (среднее арифметическое их показателей). Получается, что во всех странах ЦВЕ, кроме Словении, уровень благосостояния намного ниже, чем в западноевропейских государствах. В Болгарии и Румынии душевой доход оказывается в 6 раз(!) ниже, чем в Германии и Франции. Этим нетрудно объяснить происходящее там обезлюживание, падение инфраструктуры и распространение кланового капитализма.



Обнаруживается только относительное сближение показателей: поскольку все экономики растут, то относительная величина разрыва сокращается. Но абсолютный разрыв в долларах сохраняется. За период 2003-2014 гг. он увеличился для Болгарии и Румынии с 25 до 30 тыс. долл, а для Венгрии - с 21 до 24 тыс. долл. Во всех остальных странах он сохранился примерно на уровне 2003 г., и нигде не сократился.

Чтобы согласиться с Евростатом, что Эстония, Литва и Словакия (с доходом в 11 - 12 тыс. долл) имеют тот же уровень жизни, что и Португалия (с доходом 18 тыс.долл), надо быть уверенным, что цены в Португалии в полтора раза выше, чем в названных трех странах. А это вопрос. Цены на местные сельхозпродукты, аренду жилья и общественный транспорт действительно могут быть ниже. На импортные товары - едва ли. То же касается необходимых для современной жизни товаров и услуг с международной (или почти единой в рамках ЕС) ценой: компьютеров и программного обеспечения, лекарств и медицинских услуг, авиабилетов, туристических поездок, обучения в западных университетах, изданных за рубежом книг.

При нулевых темпах инфляции в зоне евро выравнивание уровней жизни во всем ЕС за счет относительного снижения цен в странах ЦВЕ уже невозможно - тогда там надо снижать зарплату, что приведет к падению спроса и уровня жизни. Полагаю, что и к середине века страны ЦВЕ будут иметь, по крайней мере, двойное отставание от Западной Европы по номинальному душевому ВВП.

P.S. Добавляю график Евростата по странам Западной Европы - как просили комментаторы. Друзья, спаибо за обсуждение!Collapse )

Марио Драги и экономика эмоций

9 июня президент ЕЦБ Марио Драги выступил с публичной лекцией в рамках Брюссельского экономического форума. Она стала пятой по счету лекцией памяти "отца евро" - итальянского экономиста Томмазо Падоа-Скьоппа. Расплывчатое название "О важности согласования политики для реализации нашего экономического птенциала" не должно никого вводить в заблуждение. На самом деле слова Драги - крик отчаяния тех, кто устал защищать передовые рубежи еврозоны от глобальных диспропорций и главное - от апатии национальных правительств.

Призыв Драги был прост и понятен: еврозона должна немедленно взяться за проведение структурных реформ - как коллективных, так и национальных. Промедление смерти подобно. "Есть много понятных политических причин, - сказал он, -   для откладывания структурных реформ, но почти нет экономических. Цена промедления просто напросто слишком высока ". С нехарактерным для банковского функционера жаром Драги говорил о том, что структурные реформы - необходимое условие решения двух главных проблем - повышения производительности труда (т.е. конкурентоспособности) и занятости. Здесь ЕЦБ может выступать только помощником национальных правительств, давая экономике ценовую стабильность, которую, по словам Драги, способен обеспечить любой ответственный центробанк.

За гладкими фразами скрывалось вскипающее негодование денежных властей по поводу бездействия экономических властей - как всего Евросоюза, так и государств-членов. Терпение ЕЦБ вот-вот лопнет. Об этом можно было догадаться по брошенному в зал упреку: "Денежно-кредитная политика существует не в безвоздушном пространстве". Центральные банки, указывал Драги, "могут замедлить или ускорить возвращение к стабильности" но они не способны вернуть экономику к положительным темпам роста и обеспечить занятость.

Мой комментарий. ЕЦБ оказался первым рубежом обороны от мирового экономического кризиса. Своими решительными (и не всегда получавшими одобрение общества) мерами ЕЦБ предотвратил банковский коллапс и насытил экономику еврозоны наличностью. Но ЕЦБ не решил и не может решить главную проблему евро - разных уровней интеграции в валютной и экономической частях Экономического и валютного союза (ЭВС).

За прошедшее со времени кризиса время власти ЕС сделали немало для укрепления экономической части ЭВС. Введен в действие фискальный союз, усиливающий бюджетную дисциплину. В рамках экономического союза запущена процедура "Европейского семестра". Медленно идет создание интегрированного финансового рынка еврозоны. Однако управление макроэкономическими процессами в ЕС по-прежнему организуется в формате "у семи нянек дитя без глазу". Почему? Да потому что ни Совет Экофин, ни Еврогруппа не отвечают за структурные реформы и за создание рабочих мест. Эти вопросы остаются в компетенции национальных правительств, с которых никто не спрашивает за решение данных задач. Чтобы спрашивать, нужно заседающее в Брюсселе наднациональное экономическое правительство, а его нет и не будет. Напомню, что через бюджет Евросоюза перераспределяется 1% ВНД стран-членов, а через национальные бюджеты - 45 - 55%.

Главное же, как мне кажется, препятствие на пути структурных реформ в Евросоюзе лежит вне сферы экономики. Вернее, в том, что в богатых странах мы больше не имеем дело с экономикой производства и даже экономикой знаний. Наступила экономика эмоций . Люди покупают не столько товары и услуги, сколько эмоции - статус, любовь, исключительность. Лабутены (престижные авто, яхты, дипломы, должности и т.п.) нужны вовсе не для удобства жизни или самореализации. Они нужны, чтобы самому убеждать себя в собственной значимости. Своего рода талончики на смысл жизни.

Для проведения структурных реформ в еврозоне нужны люди, готовые тяжело работать много лет на общее благо, которого они не увидят. Такими были Эрхард и даже Тэтчер. Но сейчас подобное поведение вызвает лишь сочувственную улыбку. Политики, как и обычные потребители, живут здесь и сейчас. Им нужна не будущая память благодарных потомков, а сегодняшний статус (или, что еще грустнее - сегодняшняя вера в свой сегодняшний высокий статус). С просторными кабинетами, широким кругом престижного общения, телевизионными выступлениями в прайм-тайм, услужливыми секретарями и охраной. А потом - с хорошей пенсией и виллой на живописном берегу. Отсутствие голода и реальной нищеты среди населения дают им право быть "административными безбилетниками". Сколько такая возможность продлится - не их забота. Ведь они живут здесь и сейчас.

Диссертация о Европейском банке реконструкции и развития

Диссертационный совет Института Европы РАН принял к защите диссертацию моей аспирантки Екатерины Евдокимовой на тему "Роль Европейского банка реконструкции и развития в модернизации экономики восточноевропейских стран-членов ЕС". Специальность 08.00.14 - мировая экономика. Защита состоится 18 мая 2016 г.

Текст диссертации и автореферат доступны на сайте Института. Структура такая:
Глава 1. Процессы модернизации переходной экономики и роль в них ЕБРР
Глава 2. Отраслевые направления деятельности ЕБРР
Глава 3. Количественная оценка инвестиционных операций ЕБРР
Список литературы - 342 позиции.
20 листов статистически приложений.

Работа над диссертацией шла на протяжении пяти лет. За это время был найден, обработан и систематизирован огромный фактический и статистический материал. Таблицы, как в тексте, так и в приложениях, дают картину деятельности ЕБРР в новых странах-членах ЕС - в самых разных разрезах. Особую сложность при работе представляла постоянно меняющаяся методика ЕБРР, который то сливал, то разъединял группы показателей, а иногда и вовсе прерывал временные ряды.

Данная диссертация - единственная за последние 10 лет крупная научная работа о ЕБРР по экономической специальности в нашей стране. Две другие диссертации о ЕБРР были защищены в 2002 и в 2005 гг.

Конец Belle Époque - 2, или ножка табуретки

31 октября 2015 г. катастрофа А321 над Синайским полуостровом унесла жизни 224 россиян, включая малых детей. Основная версия трагедии - террористический акт. Спустя две недели в Париже в ночь с 13 на 14 ноября сразу в нескольких местах прогремели выстрелы и взрывы. Более 120 погибших на сегодня. В обоих случаях людей лишили жизни за их принадлежность к иной стране, вере и культуре. За то, что они разделяют ценности христианства, гуманизма и просвещения.
Как человек я чувствую боль, скорбь и негодование.

Как экономист, я задаюсь вопросом, какой будет Европа в предстоящие годы. Думаю, что мы присутствуем при окончании второй Belle Époque, или прекрасной эпохи, в истории Запада, к которому в широком смысле относится и Россия. Нынешняя прекрасная эпоха длилась почти тридцать лет - с советской перестройки второй половины 1980-х годов. Она включала окончание социализма и объединение Европы, расширение ЕС с 12 до 28 стран, возврат к существовавшему до Первой мировой войны безвизовому передвижению людей по просторам Европы и даже к подобию золотого стандарта в лице единой европейской валюты евро.

Бесперебойный рост рыночной экономики, казалось, оставил в прошлом выкладки Маркса о неравномерном развитии капитализма. Подъем благосостояния поражал. Средний класс привык менять автомобили каждые два-три года, ездить в дальние страны на новогодние каникулы и обедать в ресторанах. Производители одежды выпускали по нескольку коллекций в год, чтобы угодить взыскательным клиентам. Родительские подарки детям достигли невиданных в мировой истории сумм относительно бюджета семьи. Платное образование пустило корни даже в небогатых странах.

В эту прекрасную эпоху произошел технологический скачок, сравнимый с концом XIX - началом XX вв. Если тогда жизнь преобразили электричество и автомобиль, то теперь - Интернет и мобильные телефоны. Люди поголовно научились работать за компьютером, зато разучились чинить утюги и штопать носки. Им даже надоело завязывать шнурки и учить этому своих детей. Светлое будущее, о котором мечтали в окопах солдаты Первой и Второй мировой войны, наступило в конце XX века. Европа обрела продолжительный мир и благополучие.

Способствовало ли это "светлое будущее" раскрытию творческого потенциала личности, реализации способностей человека? Стал ли мир лучше и гуманнее?

В определенной степени, да. Огромный шаг вперед сделала медицина, хотя она не стала доступной для всех. Идеалы гуманизма медленно, но верно пропитывали все большие слои жизни. Закон запретил физическое наказание детей, а общество стало требовать от родителей уважительного отношения к детям - дома и в школе. В офисах и больницах стали терпимее относиться к старикам и инвалидам. Появились пандусы для колясочников и специальные сигналы светофоров для слабовидящих. Повсеместно подростков освободили от посильной работы, заботы о младших членах семьи и от другой работы по дому. В развитых странах выход детей в самостоятельную жизнь (на рынок труда) стал затягиваться до 25 лет.

Стала ли от этого экономика гуманнее? Приблизились ли люди к главной цели - прилежно трудиться, чтобы исполнить свое призвание, как писал Мартин Лютер и призывал вслед за ним "Моральный кодекс строителей коммунизма"?

Думаю, что лишь отчасти. Терпимость и помощь слабым сочеталась в последние два-три десятилетия с несколькими негативными трендами. Первый - деиндустриализация Европы и всего западного мира. Исчезли массовые рабочие специальности: токари, слесари, плотники, фрезеровщики, швеи-мотористки и т.п. А вместе с ней - рабочая элита. "Простой" человек превратился в мелкого чиновника (целиком зависящего от госбюджета и власти), в продавца или сасидмина. Отличие рабочего от клерка в том, что квалифицированный рабочий обязан логически мыслить и проверять свои представления на практике. Без правильного пространственного мышления нельзя выточить деталь или сшить наволочку. Не верите, попробуйте сшить кусок ткани так, чтобы все швы оказались внутри. С первого раза не получится. Вместе с деиндустриализацией произошла, на мой взгляд, интеллектуальная катастрофа - люди перестали мыслить рационально. Жизнь больше не заставляет ежеминутно сверять свои представления с реальностью. Чиновник, в отличие от столяра, всегда может списать свою ошибку на начальника, товарища и обстоятельства.

Вместе с деиндустриализацией расцвел релятивизм. Табуретки, где одна ножка короче трех других, больше не существует. Ее делают в Азии. А в Европе продавец будет убеждать клиента, что длина ножки зависит от стилистики модельного ряда, трендов нынешней осени, угла зрения и новаторского освещения. Релятивизм пустил корни в обществе настолько глубоко, что уже невозможно провести грань между правдой и ложью. Это очень плохо - для политиков, производителей и общества в целом. Ложь потеряла свои отталкивающие качества, она превратилась лишь в имеющее право на существование "особое мнение", выразитель которой надежно защищен броней всеобщей терпимости.

Длительное отсутствие войны и даже ее угрозы (благодаря окончанию "холодной войны") вкупе с ростом уровня жизни сделало людей безответственными, изнеженными и капризными. Вести себя как "безбилетник" (или фрирайдер, в английской терминологии) перестало быть стыдным. У миллионов людей создалось ложное представление, будто небольшая фальшь, кража или бездействие на рабочем месте никому не помешают. Они поверили, что система все выдерживает, Небо не падает на землю, если один-единственный человек сделает свою жизнь чуточку более комфортной. О размахе безответственности нам поведал финансовый кризис 2008 - 2010 гг. Но только поведал. Пока безответственное поведение на всех уровнях продолжается. Быть ответственным считается старомодным и просто глупым.

Еще одна тенденция второй Belle Époque - всеобщее потребительство. Нечто похожее происходило на рубеже XIX - XX веков. К чему тогда привели консоме из рябчиков, шикарные наряды и фейерверки, всем известно. Потребительский рай обернулся милитаризацией экономики и, в конечном итоге, кровавой бойней. В XXI веке потребительство охватило все слои общества, включая даже малоимущих. Не иметь брендовой одежды и модных гаджетов стало бесконечно стыдно. А для молодежи - вообще запретительно.  

В 2016 году Европа, а вместе с ней Россия и весь западный мир, как я думаю, вступают в новую полосу общественного и экономического развития. Брендовые сумочки уже стали превращаться в отнятые человеческие жизни. Релятивизм, безответственность и потребительство не уйдут со сцены сами собой. Люди не захотят расстаться с ними из стремления к некоему моральному идеалу. Впереди - очень трудное, вынужденное, требующее моральных и физических сил возвращение к гуманизму. Хочется надеяться, что оно потребует только экономических, а не человеческих жертв.

Думаю, экономика больше не будет такой, какой мы ее видели в 2000 и в 1015 году. Нам предстоит развернуть потребление в сторону реальных ценностей - культуры, экологии, здравоохранения. Экономика больше не сможет расти на статусном потреблении, то есть на примитивных эмоциях людей, разучившихся мыслить рационально. Этот поворот, возможно, заставит средний класс снова штопать носки и выпиливать полочки. Вероятно, придется забыть о новых коллекциях и радоваться тому, что единственные сапоги пока не прохудились.

Новая экономика станет более гуманной или милитаристской. Надеюсь на первое.

Экономист Головнин. Есть такая профессия - Родину защищать

Патриотом или книжным ученым должен быть руководитель ведущего в России экономического института? Этот вопрос встал сегодня в связи с выборами директора Института экономики РАН.

Доктор экономических наук Михаил Юрьевич Головнин, временно исполняющий обязанности директора Института экономики, занимает совершенно ясную общественную позицию. Это позиция профессионала высшей пробы и Патриота с большой буквы. Он никогда не писал о НАТО и об отношениях альянса с Украиной. Список трудов здесь: http://www.inecon.org/docs/Golovnin-spisok%20trudov-2008-2015.pdf

Экономист Головнин разве что не кричит криком: финансовая глобализация наносит ущерб экономике России. Нашему правительству - настаивает он - надо учиться защищать интересы страны, ее населения и бизнеса от внешних шоков. Добрые американские дяди, издающие всемирные бестселлеры по макроэкономике, никогда этого за нас не сделают. Просто потому что они ничего не знают (и знать не хотят) о том, как работает переходная экономика с повышенной инфляцией, неровным хозяйственным циклом, непопулярной в мире денежной единицей. Он доказывает, что при высокой зависимости российской экономики от мировых цен на нефть, нам нужна иная, чем у Германии или Франции экономическая политика и экономическая дипломатия. Нам нужны особые средства контроля за движением капитала, потому что приходящий в Россию иностранный капитал покидает ее, как неверный жених при первых признаках недомогания своей "возлюбленной".

Экономист Головнин горячо и со знанием дела выступает за развитие евразийской интеграции. Он не просто агитирует "за все хорошее", а показывает, что нужно и чего нельзя делать в строительстве евразийского содружества. Как сделать так, чтобы после неудачи с СНГ (давайте не будем себя обманывать) и неясного финала ЕврАзЭС, новая интеграционная группировка ЕАЭС, наконец, стала жизнеспособной и действенной. Ведь от этого зависит геополитическое будущее России и ее ближайших соседей. Головнин тысячу раз повторял, что нам нельзя слепо копировать опыт Европейского Союза, а надо избирательно применять те инструменты интеграции, которые будут давать результаты в наших специфических условиях.  

Выступая в сентябре 2015 г. на экономическом конгрессе в Берлине, Головнин недвусмысленно заявил, что если Евросоюз и дальше будет противиться заключению соглашения с ЕАЭС, то Россия вместе с соседями будет развивать альтернативное сотрудничество с Китаем.

Под катом - несколько цитат из работ Головнина. Collapse )

Референдум в Греции. Приговор монетаризму?

Несколько часов назад в Греции завершился референдум о том, примет ли правительство пакет мер строгой экономии, рекомендованный Европейской комиссией, Европейским центральным банком и Международным валютным фондом. Высока вероятность, что греки ответили "нет". Официальных результатов ждать осталось недолго.

Греческое "нет" вполне может стать рубежом в истории экономики и экономической мысли. Да, в нынешней тяжелой ситуации греки виноваты сами. Липовая статистика при переходе на евро, раздутый бюрократический аппарат, щедрые пенсии, низкая собираемость налогов - далеко не полный список их грехов. Выход Греции из зоны евро привел бы к катастрофической девальвации драхмы, умножению всех долгов в иностранных валютах, резкому ограничению ликвидности, падению производства и еще большему росту безработицы. Для соседних стран - Испании, Италии, Португалии - он означал бы рост стоимости заимствований ввиду возросшей подозрительности рынков. Еврозона утратила бы надежность в глазах резидентов и внешних наблюдателей.

Но это еще не все. Греческий референдум заставит политиков и экономистов высокого ранга ответить на два концептуальных вопроса.
1) Только ли плохая экономическая политика греческого правительства поставила страну на грань дефолта?
2) Все ли конструктивные изъяны еврозоны были обнаружены и устранены в ходе экономических реформ, проведенных Евросоюзом в 2010 - 2014 гг.? На мой взгляд, на оба вопрос следует дать отрицательный ответ.

Нынешние беды Греции - это не только некомпетентная экономическая политика, воровство и безответственность. Греция не производит почти ничего, что бы пользовалось спросом на мировом рынке. Оливки, оливковое масло, вино, туризм и судоверфи - хлипкая основа для участия в глобальной конкурентной битве. Главная беда Греции (как и утопающих в коррупции Болгарии и Румынии) - деиндустриализация. За время членства в ЕС (с 1981 г.) она не построила новых отраслей промышленности, не создала передовых производств. У греков нет своих "Рено" и "Нокиа", а без них надолго выбраться из кризиса практически невозможно.

Общая проблема Евросоюза состоит в отсутствии долгосрочной структурной политики. Поэтому Европейский семестр, фискальный пакт и единый надзорный механизм не устранят проблем евро. Страны, где есть мощная научная и технологическая база, инженерный корпус и готовая к технически сложному труду рабочая сила, находятся в неизмеримо лучших условиях, чем их соседи, лишившиеся за последние 20 - 30 лет остатков промышленности. Переход на единую валюту состоялся на идеологической основе неоклассического синтеза с сильными элементами монетаризма. Правительства поверили, что низкая инфляция и низкие процентные ставки дадут простор рыночным силам, которые сами по себе обеспечат экономический рост и повышение жизненного уровня. Рецепт сработал только там, где имелись высокие технологии или среда для их развития.

Если Евросоюз действительно хочет спасти Грецию и сохранить целостность еврозоны, ему предстоит отказаться от рыночного фундаментализма. Новая, устойчивая стратегия экономического развития Греции (как и многих других нуждающихся в ней стран ЕС) должна предусматривать создание национального профиля специализации, который бы органично вписывался в общеевропейское и глобальное разделение труда. Долгосрочная промышленная политика - единственная реальная альтернатива бессмысленному (хотя и справедливому) давлению кредиторов.

Индекс Бреттон-Вудса против булочки с котлетой

Широкая публика и СМИ любят сравнивать уровень цен в разных странах при индексом Биг Мака. Любой экономист знает, что индекс Биг Мака - чистая забава. Он ничего толком не показывает из-за неодинаковой структуры цен в разных странах. Но это не отменяет его всемирной популярности.

Читателям журнала хочу предложить другой индекс - для долгосрочного измерения инлфяции. Читая протоколы Бреттон-Вудской конференции (1 - 22 июля 1944 г.) обнаружила сегодня преинтересный пассаж. Цитирую: "По специальному соглашению с отелем "Маунт Вашингтон" с лиц, участвующих в конференции в том или ином официальном статусе, будет взиматься плата по единой ставке  -  11 долларов в день по американской схеме, влючая питание. Лица, которым положено размещение более высокого класса, должны будут внести дополнительную плату. 11-долларовая плата взимается за размещение в двухместном номере с ванной или в одноместном номере без ванны. Лица, проживающие в одноместных номерах с ванной, будут платить 15 или 18 долларов в день в зависимости от класса размещения".  (Proceedings and Documents of the United Nations Monetary and Financial Conference. Vol. II, P. 1129).

Сегодня, уважаемый читатель, проживание одного человека в номере гостиницы
"Маунт Вашингтон" с завтраком стоит 550 долларов.

То есть за 70 лет цена выросла в 36 раз (с 15 долларов в 1944 г.). После нехитрых калькуляций получаем среднюю за 70 лет инфляцию в размере 5,5% в год. Учитывая, что доллар - мировая валюта, наш
показатель отражает общемировой темп инфляции. Не идеальный, конечно, но вполне сносный.

На фото - отель "Маунт Вашингтон" в Бреттон-Вудсе, где летом 1944 г. проходила конференция ООН по вопросам валюты. 
coin

О научных основах Евразийского экономического союза

Под таким названием сегодня вышла статья, написанная мною в традиционном сотрудничестве с бывшим шефом и единомышленником Александром Владимировичем Захаровым. Ее опубликовал журнал Евразийского банка развития  "Евразийская экономическая интеграция".

О чем статья? О том, как после нескольких неудачных попыток (СЭВ, СНГ, ЕврАзЭС) России и ее партнерам построить прочную интеграционную группировку. Мы считаем, что для этого надо сделать две вещи:
- признать, что ЕАЭС обладает выраженной исходной спецификой, не позволяющей копировать опыт ЕС;
- "скроить по мерке" интеграционную стратегию на основе альтернативных проектов лучших мозговых центров.

Для подтверждения первого тезиса назову три структурных отличия евразийской интеграции от западноевропейской. 1) Моно-, или гелиоцентричность. Россия перевешивает все остальные страны по численности населения и размеру ВВП. Это затрудняет создание наднациональных органов, принимающих обязательные решения (не понятно, как в них делить голоса). Экономическое доминирование России создает в ЕАЭС систему дву-, а не многосторонних связей, что тормозит интеграцию и питает старые страхи. 2) Слабое развитие внутриотраслевого разделения труда. Хозяйственные связи в ЕАЭС строятся на межотраслевом обмене (нефть в обмен на электроэнергию или прокат в обмен на тракторы). Если предприятия не связаны общим циклом, интеграция зависит от правительств, а не от народов и рынков. Это делает ее уязвимой к изменению политической конъюнктуры. 3) Наличие внешнего центра притяжения. Западная Европа объединялась, попав в жернова между США и СССР. Но США были за океаном, а СССР - за железным занавесом. Для стран ЕАЭС главным торговым партнером является Евросоюз, с ним же связаны перспективы модернизации. С этим предстоит жить ближайшие 20-30 лет, даже если очень стараться развернуться в сторону Азии.

Кому интересно, статью можно скачать в PDF на сайте журнала.